Виниловый бункер: сделано с любовью

Наталья Костенко

Валерий Дубровин и Дмитрий Морозов — создатели и идейные вдохновители “Винилового бункера” уверены: каждый найдет здесь пластинку или диск по душе. Давайте и мы заглянем к ним, чтобы поговорить с Валерием Дубровиным о музыке и не только.

— Как появилась идея создания “Винилового бункера”?

— Дело случая. Я увлекался музыкой с семи лет. Дома был магнитофон, пластинки старшей сестры и её мужа. Интерес был сосредоточен на музыке 60—70-х годов. “Битлз”, в первую очередь. Музыкальная инъекция оказалась сильной, и я навсегда застрял в тех самых годах. Потом начал собирать пластинки и делать записи на магнитофон. К сожалению, у меня нет музыкального слуха, вокальных данных и чувства ритма. Если бы они присутствовали, то я бы точно стал музыкантом. Однако я хотел себя как-то реализовать в музыке и стал диджеем в подростковом клубе. Это было в период студенческих лет.

— Увлечение музыкой сохранялось постоянно?

— В 90-х всё изменилось: я закончил университет, пошёл работать, обзавёлся семьёй и детьми и было уже не до дискотеки. На смену винилу пришёл CD.

— Когда вернулись в мир музыки?

— Примерно лет в 40 что-то начинает меняться в восприятии окружающей действительности и приходит сознание того, что многое из того, что ты делал раньше тебе лично уже не нужно. Нужно делать то, что хочется и не делать, что не хочется. Это, наверное, невозможно, но стремиться к этому нужно. На волне этих размышлений одним из тёплых воспоминаний юности была музыка и пластинки.

По сути, музыка была всегда рядом — компьютер, Интернет, флэшка. Но почему-то это не удовлетворяло… Я представлял, как ставлю пластиночку, как протираю пыль, как она потрескивает, как переворачиваю на другую сторону. И это тёплое и живое ощущение преследовало меня довольно долго, прежде чем я решился на новую встречу с винилом.

Старая моя аудиотехника была уже не годной для использования, а покупка новой требовала денег, и в какой-то момент появилась приличная сумма, и я сразу купил комплект аппаратуры. С тех пор у меня началось второе пришествие винила. Жизнь заиграла новыми красками.

— Почему именно виниловые пластинки?

— Тут надо пояснить, что в моей юности в свободной продаже были только пластинки отечественного производства, фирменные зарубежные пластинки стоили в половину средней зарплаты и купить их могли далеко не все. В наше время есть Интернет и купить уже можно почти всё, что хочешь, но у меня было сомнение, что винил, как носитель, ещё кого-то интересует и что-то можно купить. Как же я ошибался! Погрузившись в виниловую тему, я обнаружил, что далеко не одинок в своих интересах, оказывается в тот момент практически по всему миру поднялась волна интереса к пластинкам, а катализатором этого процесса, скорее всего, была наша страна.

Могу объяснить это только тем, что взрослые мужики, и я в их числе, испытывали ностальгию по юности и хотели поиграть в то, во что не доиграли в детстве. В общих чертах я постепенно ввязался в пластиночную тематику и нашел нескольких стабильных поставщиков, которые возили винил из-за границы. Я и сам из поездок кое-что привозил. Коллекция стала быстро разрастаться. Человек не может остановиться и слушать сто пластинок в своей коллекции, ему постоянно нужно что-то новое.

— Как виниловое увлечение выросло в работу?

— В один момент я остался без основной работы и был уверен, что вот-вот завтра появится и престижная, и хорошо оплачиваемая работа, но она не появлялась. Как-то раз у меня в гостях был человек, который привозил мне пластинки из-за границы, и он предложил вписаться в его небольшой бизнес. И с этого момента я из коллекционера превратился в продавца.

В один из рабочих дней я познакомился с Димой Морозовым — он, также, как и многие другие, покупал у нас пластинки, а затем открыл небольшую лавочку. А я тем временем устроился на основную работу и полностью посвящать всё своё время торговле винилом не мог. Вместе со своим напарником мы решили сделать ставку на Диму и его магазинчик. Это было забавное место, где пластинки соседствовали с женскими трусами. Но вскоре мы с Димой навели там порядок. Подвальчик этот был реальным бомбоубежищем, отсюда и родилось название “Виниловый бункер”. Итог: мы с Димой — полноправные партнёры и друзья, работающие вместе около пяти лет

— Расскажите о вашей коллекции пластинок.

— Точное количество пластинок мы не считали, так как ежедневно происходит какое-то движение. Что-то продаётся, что-то покупается, основной костяк коллекции — это музыка 60-70-80-х годов. Наша специализация — классический рок, диско, соул, эстрада. Альтернативных и авангардных жанров у нас нет смысла искать, хотя они попадаются. Редкости у нас тоже бывают, но опять же это не наша специализация, поэтому их появление в ассортименте — это такие неплановые акции.

— Кто ваши покупатели или просто гости?

— Что касается наших покупателей, то тут несколько категорий: наши постоянные покупатели, которые ходят к нам всегда и часто, оптовики, которые берут пластинки для перепродажи, просто люди, которые зашли случайно и те, кто нашёл нас по картам, так как мы единственные в Московском районе.

Я раньше считал, что винил — это удел старшего поколения. Как бы сказал я раньше — игры не наигравшихся взрослых детей. Однако, мой опыт показал, что это не так. Покупают пластинки люди всех возрастов. И старые, и меломаны, и тридцатилетние, и студенты, и школьники, и даже родители покупают детям сказки на пластинках.

Но цели могут быть разные, и меломаны старой формации ищут качество — “тёплый аналоговый звук”, какие-то издания пластинок, которых им не хватало в коллекции. Молодые зачастую слушают пластинки на новеньких китайских проигрывателях — звук, которых ничем не отличается от звука в наушниках айфона, а может даже хуже.

Тут скорее всего задача быть модным — я слушаю винил, я в теме, неважно издание, степень износа и прочие “мелочи”. В любом случае востребованность виниловой пластинки, как носителя музыки, сегодня высока во всех возрастных группах. Но задачи разные.

— У вас бывают звездные гости?

— Что касается звёзд, то кого считать ими? Люди из телевизора к нам, конечно, не приходят. Тем не менее среди наших покупателей есть интересные люди. Например, Лёша Ершов — лидер группы Yellow pillow, а эта группа регулярный участник битловских вечеринок. Женя Лазаренко — гитарист группы “Мультфильмы”. Камиль Шарподинов — талантливейший музыкант. Он пишет сложную музыку в направлении progressive, основатель и лидер нескольких музыкальных проектов, в том числе The legendary flower punk. Александр “Дусер” Воронов, до недавнего времени музыкант Tequilajazzz тоже к нам заходит. Алексей Вьюров — бессменный фотограф всех битловечеринок и фотолетописец русского рока также наш постоянный и любимый гость.

Много творческих людей приходило в “Виниловый бункер” и продолжает приходить. За это время круг нашего общения очень расширился, и многие покупатели стали просто нашими друзьями. И когда люди приходят к нам не за покупкой, а просто пообщаться, то это нормально для нас. Мы очень рады. Мы давно уже поняли сами и говорим всем, что “Виниловый бункер” не магазин в обычном понимании, а для нас — это не совсем работа. Скорее, некий клуб по интересам, в котором кроме общения можно что-то купить, продать или обменять.

— В чем вам помогает это увлечение? Вы верите в целительную силу музыки?

— Не знаю чем, но нам с напарником — это интересно и доставляет удовольствие. Удовольствие от музыки, от общения, от каких-то результатов работы, пусть пока скромных, но они есть и прогрессируют. В целительную силу музыки я безусловно верю. Но музыка для меня в одном ряду с какими-то другими факторами, которые составляют, то, что мы называем счастьем.

— Какую музыку вы слушаете сами?

— Я в равной степени любил тяжёлый рок и диско. Рок мне достался в наследство от старшего поколения, а диско — это та музыка, с которой проходили моё детство и юность. Но с возрастом круг моих музыкальных пристрастий очень расширился и такие направления, как джаз и progressive стали неотъемлемой частью моего музыкального меню. А вот слушать музыку предметно мне просто некогда. В Бункере музыка играет всегда, дома слушать уже нет времени.

— В какие музыкальные клубы вы ходите? Может и нашим читателям стоит там побывать?

— Чаще всего хожу в “Мани-Хани”. Там добрая дружеская атмосфера, знакомые лица, хорошие музыканты. Люблю “Джаггер”, жаль, что он долго был закрыт. Хожу и в другие места: “Аврора”, “Сердце”, “Время Н”, “Музыка и кофе”.

— Что вас согревает в это непростое время?

— Любовь к музыке. Когда наши покупатели говорят про цены на пластинки, я отвечаю им, что музыка — это счастье, а счастье бесценно. Так что любовь к музыке — это естественное ощущение человека, без которого жизнь уныла и мне не понять людей, которые равнодушны к музыке.

— Может еще о ком-то хотите сказать теплые слова?

— Можно пофилософствовать? А разве люди, которые не испытывают именно любовь, но хорошо относятся друг к другу не могут поддерживать друг друга и быть искренними?

Вспомнил еще одного нашего доброго друга и покупателя — Алексея Певчева, журналиста и редактора Радио России из Москвы. У нас был перерыв в общении, и я очень рад, что мы возобновили контакты. Замечательный человек, а уж его истории о звёздах нашей эстрады заслуживают отдельного рассказа.

— Что же послушать летним вечером?

— Jesus Rodriguez (Sixto Diaz Rodriguez) Rich Folks Hoax; Chilly Springtime; Kiss I Was Made for Lovin’ You, ABBA Summer night city, The Beatles Your Mother Should Know. И все, что Вас вдохновляет.

Фотографии из личного архива Валерия Дубровина